Очередной виток противостояния «патриотической общественности» и чиновничьего аппарата вскрыл фундаментальную проблему современной российской культурной политики. Поплавская, возмущенная тем, что Богомолов продолжает руководить бюджетными учреждениями и ставить спектакли, видит в этом заговор «либерального лобби». Однако анализ GokaNews показывает: дело не в лобби, а в суровом кадровом прагматизме.

Минкульт оказался в классической вилке. С одной стороны — мощный идеологический запрос на «очищение» от всех, кто не соответствует новой Z-эстетике. С другой — необходимость показывать KPI, продавать билеты и поддерживать уровень театрального искусства выше уровня самодеятельности. Константин Богомолов, при всей своей эпатажности и «неудобном» бэкграунде, остается эффективным менеджером и режиссером, способным собирать залы. В условиях дефицита кадров система предпочитает профессионалов-циников лояльным, но бездарным исполнителям.

Атака Поплавской интересна тем, что она атакует не столько Богомолова, сколько сам принцип государственного компромисса. Для нее и ее единомышленников сохранение «либералов» на постах — это предательство. Для чиновников из министерства — это попытка сохранить институции от коллапса. Называя это «либеральным лобби», Поплавская упрощает картину: на самом деле мы наблюдаем сопротивление бюрократической машины, которая не хочет ломать то, что работает и приносит деньги.

Фигура Богомолова здесь выступает лакмусовой бумажкой. Пока он на посту, это сигнал элитам: «Если вы работаете качественно и не идете против государства в открытую, вас не тронут». Если же Минкульт прогнется под давлением таких активистов, как Поплавская, это будет означать начало эры тотальной идеологической стерилизации, где лояльность окончательно победит компетентность.

Пока что счет в пользу прагматиков. Крик Поплавской о «либеральном лобби» звучит громко, но пока у государства нет равноценной профессиональной замены «богомоловым», статус-кво сохранится. Культурная война продолжается, но линия фронта проходит не по сцене театра, а по кабинетам, где решают: что важнее — шашечки (идеология) или ехать (кассовые сборы).